«Быть человеком – значит чувствовать, что ты за всё в ответе».
Так говорил человек необыкновенной судьбы, родившийся 120 лет назад. Писатель, поэт и профессиональный летчик. .
Антуан де Сент-Экзюпери.
Все мы знаем его благодаря «Маленькому принцу» – произведению вне времени и пространства, книге, которая стала одной из самых продаваемых в истории мировой литературы.
Сегодня в рубрике “PROзаическое» произведение собственного сочинения «Просто Литл» – миниатюра-отсылка к творчеству французского писателя-юбиляра.
Так говорил человек необыкновенной судьбы, родившийся 120 лет назад. Писатель, поэт и профессиональный летчик. .
Антуан де Сент-Экзюпери.
Все мы знаем его благодаря «Маленькому принцу» – произведению вне времени и пространства, книге, которая стала одной из самых продаваемых в истории мировой литературы.
Сегодня в рубрике “PROзаическое» произведение собственного сочинения «Просто Литл» – миниатюра-отсылка к творчеству французского писателя-юбиляра.
Я живу совсем на окраине, какие бывают, пожалуй, в каждом крупном городе. Жизнь здесь не бьет ключом, не светит ярко, освещая миры и мирки, нет шума магистралей и толпы. Просто – тишина. Ее слушаешь, но ухо нет-нет, да и словит обрывки радиопередач, слова песни на языке, которого ты не знаешь, звуки рекламы непонятных и ненужных вещей, а чаще всего – просто шипение, статику, помехи… Ужик, свернувшись спиралью звезд, иногда шипит сквозь сон, Ему снятся наши планеты, все цвета солнц, больших и малых, рождающихся и умирающих. Да, умирающих. Тогда сквозь сон он и шипит – вздохнет об утрате, которая так понятна нам всем, особенно тем, кто, как и я, отсюда. С окраины неба.
Сижу сейчас у себя в комнате, на подоконнике, поджав по-турецки ноги, считаю карликов и гигантов, красных и белых, вспоминая странные детские считалки, помогаю себе рукой перебирать светящиеся точки, чтобы не ошибиться: где побывала, где погостила, а где меня пока еще только ожидают увидеть… Похоже, для нашей семьи это стало традицией. Уходить из дома, чтобы найти, чтобы понять, чтобы научиться чему-то… Дед часто рассказывал мне о Тонио – так он называл своего друга, научившего его многому, а я слушала, раскрыв рот. И не глядя разворачивала очередную конфету, которую толкал мне лапой лис. Он тоже слушал, иногда вставляя свое веское слово, а дед согласно кивал головой. Старый добрый лис…
…Пульсары подмигивают, а сверхновые вспыхивают румянцем – я вспоминаю, как пью виски со льдом из холодного стакана, от которого покалывает пальцы, и наблюдаю за звездами сквозь стеклянную крышу бара. Пьяница, которого все так называют уже просто по привычке, ловко вертит напитки в руках, смешивая космические коктейли по заказу постояльцев. Замечает мой взгляд.
– Постоянно флиртуют, не угомонятся никак, – кивая на звезды, он смеется, но кашель обрывает смех. – Но они, пожалуй, лучшее украшение этого неба, а?
Я только киваю, потому что Пьянице говорить что-то необязательно – поймет тебя и по молчанию. Но поделиться мыслями хочется. И я делюсь. А лис, сидя на стуле за столиком в углу, деловито листая свежий выпуск Либерасьон (где только достал, рыжий хитрец?), смотрит на меня укоризненно поверх страниц. И я ему язык показываю и улыбаюсь. А хозяин бара, выслушав меня, задает вопрос, который мне так не нравится. Ну не знаю я, что ответить! Не ответила ни Королю, побывав у него на каникулах, ни Счетоводу, открывая свой первый счет в банке…
– Когда ты отправляешься?
Я посмотрела на него, только качнула головой неопределенно, а он не стал больше приставать с этим…
